содержимое. Еда свежая — и это неудивительно: на таких алтарях она и не должна портиться. И никакого запаха алкоголя. Фигаро знал, что домовые духи страсть как охочи до выпивки, но угощали их водкой только по праздникам: себе дороже, если домовой сопьется.
Он встал, отряхнул брюки, которые уже успели непонятным образом покрыться тонким слоем серой пыли, и достал из внутреннего кармана "мерило" — свой личный детектор асинхронных колебаний. Стрелка немедленно прыгнула в желтый сектор, колеблясь между цифрами "12" и "13".
Следователь нахмурился и встряхнул прибор. Стрелка задрожала и, словно нехотя, поползла в отмеченный красным сектор, где и залипла в самом конце шкалы.
Фигаро больно, до крови, прикусил губу.
То, что он сейчас наблюдал, было невозможно с точки зрения классической метафизики. То есть, в принципе, возможно, но для того чтобы получить такие показания на "мериле" следователю нужно было находиться в двух шагах от Демона-Сублиматора, изготовившегося метнуть, скажем, "Факел Нечестивцев". Или жахнуть "Пеклом" по площадям.
Конечно, на "мерило" могло повлиять что-то еще — все-таки это был довольно тонкий инструмент. Но Фигаро решительно не понимал, что именно: оголенных проводов вокруг не было, алхимических чанов — тоже. Конечно, где-то в этих ящиках вполне могли находиться магниты, но даже самый мощный электрический магнит дал бы погрешность не более чем в одно-два деления — все-таки это было личное "мерило" следователя, неоднократно им самим улучшенное и доработанное.
Фигаро спрятал прибор, пожал плечами, и пошел прочь. Возможно, он немного спешил, хотя на самом деле едва сдерживался, чтобы не побежать. И все из-за странного, тяжелого ощущения упершегося ему в затылок холодного, немигающего взгляда.
Следователь был уверен: за ним наблюдали.
— …а мастер тогда спрашивает токаря: ну а если ведро выпьешь, сможешь работать?! А токарь ему: ну чего ты пристал, как банный лист?! Видишь — работаю же!
Фигаро захохотал, хлопая себя по животу и дрыгая ногами: этот анекдот он раньше не слышал. Старший администратор Матье, как оказалось, был большим знатоком анекдотов, причем "бородатых" не рассказал пока ни одного.
За окнами давно догорел закат и теперь только ветер стегал узкую раму полуподвального окошка маленького кабинета. Администратор достал из гигантского сейфа бутылку крепкой настойки да добрый шмат ветчины и сейчас, когда в бутылке осталось чуть меньше трети, тусклое электрическое освещение стало казаться Фигаро невероятно уютным. Тихо гудели решетки отопления, из коридора доносились шаги торопившихся домой работников пера и печати, где-то лязгали замки запираемых кабинетов.
— …Так вы говорите, с безопасностью у нас все в порядке?‥ Ну-ну… Вы-то, конечно, не специалист, но тут я с сами соглашусь: мы в эту безопасность столько вложили — не счесть. Потому я и говорю: саботаж.
— А если не саботаж? То есть, если непрямой саботаж? — Фигаро наполнил маленькие хрустальные рюмки и отрезал себе кусок мяса. — Вы знаете, что у вас цеховые в стельку пьяные по цехам шатаются? Вполне могли наворотить…
— Могли, могли. Да только понимаю я, к чему вы клоните: споил их какой-нибудь самогонщик; отсюда и все беды пошли. Не пойдет, Фигаро. Я всех фабричных самогонщиков знаю, они у меня вот где! — Матье показал следователю сжатый кулак. — Да и не найдете вы среди наших дурака — цеховых спаивать. Самому же прилетит, не обрадуешься.
— Среди своих — да. А чужие?
Администратор немного подумал.
— Не, — покачал он головой, — ерунда. Это, конечно, нехорошо будет, да только такое горе — не беда. Цеховые, когда в запое, не столько вредят, сколько просто не помогают. Так мы на них и не полагаемся давно — своих ремонтников хватает.
— Но с ними сподручнее.
— Да. С ними сподручнее.
Они чокнулись, выпили и на минуту в кабинете повисла тишина, перемежающаяся лишь сосредоточенным чавканьем: ветчина была что надо.
— И все-таки есть вещи, которые не дают мне покоя. — Следователь выбил пепел из трубки в жестяную пепельницу, и потянулся за кисетом. Меня вот что удивило: цеховой просил у меня денег. Понимаете? Денег на выпивку, а не просто стакан водки. Где, черт возьми, он собрался их тратить?! У вас что, работает разливочная для Других?
— Да, это странно. — Матье покачал головой. — Но вполне объяснимо: цеховые ведь довольно смышленые создания. Не исключено, что кто-то из них додумался купить водки у самогонщика. Мало ли — нашел где-нибудь монету-другую… Я с этими жлобами завтра пообщаюсь, может и узнаю что интересное.
— Уж сделайте милость!‥ Мне эти цеховые почему-то не дают покоя; засели как заноза в темечке… — посетовал следователь.
— Это потому что вы из ДДД. Вы когда слышите — "Другие", так сразу напрягаетесь: какие такие? Что натворили? Чисто доктора, что в каждом чохе видят запущенный случай пневмонии, хотя там и простудой не пахло. Цеховые — пустое: они как расшалившиеся домовые. На такой случай Департамент не нужен, там каждая сельская кумушка знает, что делать: дунуть, плюнуть, заговор прошептать и домовой сразу шелковый делается.
— Так-то оно так… — следователь щелкнул пальцами и к потолку поплыли клубы сизого табачного дыма. — Но тут какая штука… — Он немного подумал, а потом рассказал администратору про обнаруженный им в цеху странный алтарь.
Матье спокойно выслушал, кивнул и снова наполнил рюмки.
— Я такие видел. Уже давно и не один раз.
— И вас ничего не смутило? — Фигаро удивился. — Это же самый настоящий случай необъяснимой пассивной ворожбы.
— Опять. — Матье засмеялся. — Вот уж точно — солдата видно по выправке! Фигаро, поверьте, — как только вы начнете во всем винить колдовские силы, вам даже в коровьей лепешке станут мерещиться тайные руны. Вы начнете дергаться. А это не добавляет объективности, скорее, наоборот.
— Ну, может быть. Но алтарчик-то, действительно, странный.
— Фабричное мифотворчество. — администратор махнул рукой. — Вы же знаете, как оно бывает: мастер Брюк неделю ходил на службу в зеленых носках и заметил, что начальство ни разу не вызвало его на ковер для учинения разносу. Поэтому мастер Брюк делает вывод, что зеленые носки спасают от начальственного выговора. Он делится этим наблюдением с коллегой, тот — со своим коллегой и вот уже весь отдел ходит в зеленых носках. Потом кого-нибудь из них таки вызывают в кабинет и учиняют расправу за какую-нибудь мелкую провинность. Но сделают ли все эти Брюки вывод, что зеленые носки не работают? Конечно нет! Окажется что носки
